Велесовица

У ласкова князя у Владимира,
У солнышка у Всеславьевича,
Было столованье — почестный пир
Для многих князей, бояр
И на всю поленицу на удалую,
И на всю дружину на храбрую;
Он всех поит и всех чествует,
Он всем, князь, поклоняется;
И в полупиру бояре напивалися,
И в полукушаньях наедалися;

Во стольном было городе во Киеве,
У ласкова у князя у Владимира,
Было пированьице, почестей пир
Для многих князей, для многих бояр,
Для тех русских сильных богатырей,
Для тех же полениц да преудалых,
Для тех же купцов — людей торговых;
Ещё день идёт да ко вечеру,
Красно солнышко катится ко западу,
А ко западу катится, ко закату…

Как во том было во городе во Крякове,
Во том славном селе да во Берёзове,
Да на той ли на улице Рогатице,
Да на том ли подворье богатырском
Охочь ездить молодец был за охотою,
А и стрелять-то да гусей-лебедей,
Стрелять малых перелётных серых утушек;
Вот он ездил по раздольицу чисту полю,
Целый день с утра ездил как до вечера,
Да не наехал он ни на гуся, ни на лебедя,
Да ни на малого да перелётного утёнышка;

Нам не жалко пива пьяного,
Нам не жалко зелена вина,
Только жалко смиренной беседушки.

У князя было у Владимира,
У киевского солнышка Сеславьевича,
Было пированьице почестнее,
Честно и хвально, больно радостно,
На многи князья и бояра,
На сильных, могучих богатырей
И на всю полянину удалую.

У ласкова у князя у Владимира
Было пированьице — почестей пир
На многих князей, на бояр,
На русских могучих богатырей
И навею поляницу удалую.

Из-за моря, моря синево,
Из-за синево моря Халынскаво
Выходило тут двенадцеть чёрных караблей.
Подходили те карабли ко городу ко Киеву,
Заходили они под самой дворец да всё ведь княжеськой.

А как падала погодушка да со синя моря,
А со синя морюшка с Корсуньского
А со дожжами-ти, с туманами.
А в ту-ту погоду в синёморськую
Заносила тут неволя три чернёных три-то карабля.
Шьто под тот под славен городок под Корсунь жа,
А во ту-то всё во гавань всё в Корсуньскую.