Велесовица

Давно-давно жили два брата. Младшего звали Чанкэр. Однажды сказал старший брат Чанкэру:
- Иди-ка, Чанкэр, нарежь черемуховых веток! Чанкэр пошел за черемухой. Подошел к черемуховому кусту, вдруг видит-что-то солнце закрыло. Взглянул наверх, а там большекрылая птица летит, вот-вот его схватит. Хотел Чанкэр в куст черемухи спрятаться, да поздно. Большекрылая птица схватила его, подняла, и понесла. По крыше дядиного чума его ногами протащила. Потом поднялась высоко и понесла в свое гнездо. Гнездилась она на берегу большого моря. Принесла птица Чанкэра и посадила к своим птенцам в гнездо. Птенцы стали клевать Чанкэра. Плохо ему. Он подумал: «Под горой, на мамонтовом плесе, хоть бы выплыл детеныш мамонта!»
Смотрит-верно, выплыл детеныш мамонта. Чанкэр сказал птице:
- Если будешь питаться мясом смертных селькупов, то долго не проживешь. Смотри-вон на мамонтовом плесе детеныш мамонта выплыл. Притащи его, и ешьте.
Большекрылая птица полетела, годовалого детеныша мамонта схватила, в гнездо притащила. Птенцов накормила.

Жил-был человек по имени Тыссия. Были у него сын и дочка. Жили они хорошо и тихо. И вот пришла война. Юраки убили Тыссию, имущество разграбили, сына и дочку на пустом чумовище покинули. Из всего богатства только одного оленьего бычишку с обратно растущей шерстью оставили.
Мальчик долго сидел и думал: как-то жить надо. И стал он работать. Прежде всего, сделал из хвойных веток чум. Стали они с сестрой в нем жить. Однажды брат сказал сестре:
- Ты сиди в чуме, а я пойду посмотрю, добыть пищу какую-нибудь надо.
Пошел мальчик в лес. Сестренка его, плача, осталась в чуме одна. Мальчик в лесу пасти-ловушки делать стал. В этот день три пасти сделал. Пасти поставил. Домой пошел.
На другой день пошел осмотреть пасти. Едва дошел, видит — одна куропатка попалась. Взял куропатку. Сделал еще три пасти, насторожил все шесть пастей и пошел домой. Куропатку сварили, половину ее съели, половину в запас оставили.
На следующее утро опять ушел брат к пастям. Едва подо-шел, видит-две пасти упали. Ближе пришел, смотрит — двух куропаток пришибло. Вынул их. Снова три пасти сделал, все девять пастей насторожил. Домой пошел. Опять они с сестрой половину куропатки съели. Остальных про запас оставили.

Жил старик. Было у него семь сыновей и одна дочка. Однажды старший сын пошел в лес дерево искать, из него лодку долбить. В лесу нашел нужный кедр, срубил его. Упало дерево. Стал парень вершину кедра отрубать. Трудно — дерево толстое, сучковатое. Наконец справился, отрубил верхушку. Только кончил, сел отдохнуть, — видит, выходит из чащи к нему черт. Подошел к парню и говорит:
- Эге, внучек, что ты тут делаешь?
- Да вот, дедушка, для лодки дерево срубил. Лесной старик спрашивает:
- Чум-то твой далеко ли стоит?
- Да, далеко, очень далеко.
- Ну, внучек, пойдем в твой чум.
- Нет, дедушка, мне ведь лодку делать нужно.
- А ты домой кедр унеси, там и делать будешь.
-Дедушка, как же я унесу такой большой кедр? Не смогу.
-Э-эх, внучек, когда я прежде такой, как ты, молодой был, когда я с многими ветками толстый кедр срубал, я тоже верхушку отделял, а потом легко, без труда домой его относил. А ты что же?

На краю княжеского города жила бабушка с внуком. Внучка звали-Ича. Бабушка Ичу воспитывала! Плохо, бедно жили. Вот Ича подрос и однажды говорит бабушке:
- Деда моего покойного лук и тамар (стрела) где спрятаны?
Бабушка ответила:
- В амбаре.
- А у деда моего лоз-покровитель где-нибудь спрятан?
- Будто в амбаре что-то такое есть.
Ича в амбар полез, все дедовское имущество забрал. Лоза-покровителя на жертвенную березу повесил. Лук и тамар в чум понес.
На следующее утро вышел Ича из чума, огляделся и видит-на вершинах семи деревьев сидят семь пальников (глухарей). Бегом в чум вернулся, лук и тамар взял, нацелился и в крайнего выстрелил. Все семь пальников упали. Убил. Удивился, подобрал их и в чум понес. Поели они с бабушкой. Ича в путь собрался. Лыжи приготовил, лук и тамар взял. На лыжах пошел. В этот день свежий снег выпал. Идет Ича и видит: чистый снег будто разбрызган. Поглядел и вспомнил: «Бабушка с дедом мне рассказывали, будто есть такой зверь-лесной олень, что такой след он оставляет». Пошел Ича по следу. Видит: следы в тундру спускаются. Совсем свежий след, будто только сейчас прошли звери. Идет дальше на лыжах, а догнать не может — быстро бегут олени. Вышел в тундрочку, со всех сторон окруженную лесом. И тут такой вихрь, ветер поднялся, не устоял Ича на ногах, упал. Неизвестно, долго ли лежал. Наконец оглянулся, поднялся. А парка (одежда) у него бедная, из мешка сшитая, вся снегом залеплена, места чистого нет. Ича смотрит кругом и думает: «А олени мои куда делись?». К лесу на лыжах пошел. До кедров дошел, видит, на низу стволов — клочья оленьей шерсти. По этому следу пошел. И вдруг увидел — все-то семь быков как будто умирают, лежат.

Жили старик со старухой. Однажды семерых детей нашли. Жили с этими детьми. Потом жить стало невмоготу. Решили бросить детей. Отвели детей в лес, а сами домой убежали.
Утром проснулись-глядят, дети домой вернулись и спят.
Опять в лес отвели и бросили, а сами домой пришли. А дети в лесу заблудились. Потом какой-то чум увидели. В чум зашли. В чуме старушонка живет.
- Бабушка, накорми нас,-попросили они. А старуха отвечает:
- Как я вас накормлю, черт домой вернется и вас убьет.
-Бабушка, накорми нас,-снова сказали дети. Бабушка их накормила и спрятала. Потом черт домой пришел. Так сказал:
- Что это селькупским духом пахнет?
Старуха говорит:
- Ты по небу летал и селькупского духа нахватался. Долго нюхал, потом сказал:
- Нет, это здесь пахнет!
Старуха ему ребят показала. Черт тогда так сказал:
- Ты этих ребят накорми.

Остался однажды Пучика-Чурика в чуме один. Мать его к щучьему запору пошла. Отец его тетеревов стрелять отправился. Старший брат его тетерок стрелять отправился.
Остался Пучика-Чурика в чуме совсем один. Взял Пучика-Чурика нож матери и стал у очага жерди резать. Тут черт-старик к чуму подошел и закричал:
- Пучика-Чурика, куда ушла твоя мать?
- Моя мать к щучьему запору ушла.
- Пойду-ка я твою мать погоняю!
- Ты мою мать не гоняй! Моя мать своим большим топором тебя надвое разрубит: одна твоя половина на небо полетит, другая твоя половина в землю уйдет.
- Пучика-Чурика, куда пошел отец твой?
- Отец мой тетеревов стрелять отправился.
- Пойду-ка я твоего отца погоняю!
- Ты моего отца не гоняй. Если отца гонять станешь, отец мой большим мечом-отказом тебя надвое разрубит: одна твоя половина к небу полетит, другая твоя половина в землю уйдет.
- Пучика-Чурика, куда ушел твой брат?
- Брат мой тетерок стрелять отправился.
- Пойду-ка я твоего брата погоняю!

Жили-были три брата. Однажды в чуме сидели, разговаривали. Один из них так сказал:
- Загадаем-ка, богато или бедно мы жить будем? Старший брат сказал:
- Я так загадал, будет у меня много-много муки и еды всякой.
Средний брат сказал:
- А я загадал, что у меня золотых денег целая куча до рта высотой будет.
Младший брат, по имени Кенгерселя, так сказал:
- А я загадал, что вы оба плохо жить будете: ни муки, ни золота у вас не будет. Ко мне придете, у меня отрубей просить будете.
Братья рассердились:
- Ты плохого нам желаешь! Убить тебя мало! Но брата своего как мы можем убить? Откочуем отсюда, а тебя одного здесь под деревом оставим. Живи один, как знаешь.
Ушли, а Кенгерселю одного оставили. Так жил он один долго.
Однажды услыхал он, что князь их земли так приказал; кто семиверхую большую лодку сделает и к его, князя, дворцу причалит, тому он свою дочь в жены отдаст. У Кенгерсели от матери кольцо волшебное осталось. Спрятал он это кольцо от братьев; думали все — потерялось кольцо. Вот Кенгерселя к князю пришел и говорит:
- Я могу с семью верхами лодку сделать! Пошел Кенгерселя к берегу реки, пожевал кольцо и бросил в реку. Тотчас такая красивая семиверхая лодка причалила! Князь очень обрадовался и дочь свою Кенгерселе в жены отдал. Стали жить. Однажды Кенгерселя вечером спустился к реке. К проруби подошел, прислушиваться стал. Слышит, на низу реки, на седьмом речном перекате, богатыри о нем рассуждают:
- Вот, слышно, Кенгерселя жену где-то нашел, богатый стал. Надо к нему съездить, побиться с ним.

Говорят, давным-давно это случилось. Случилось в том стойбище, где семь родов жили, где семь чумов стояло!
Однажды собрались все мужчины на охоту. Отправились. Остались одни женщины да дети в стойбище.
Три дня жили, все хорошо было. На третий день к вечеру вот что вышло. В одном чуме женщина себе еду варила. Подбросила в очаг побольше дров, котел с оленьим мясом подвесила над огнем. Сама села со своим маленьким ребенком к очагу поближе. Ребенок смеется на ее коленях, женщина ему улыбается.
Вдруг треснуло полено, полетели искры из очага, одна попала ребенку на руку. Заплакал ребенок. Женщина огонь попрекает:
- Ты что же это делаешь?! Я тебя дровами кормлю, за тобой ухаживаю, а ты моего ребенка обижаешь!
Испугался ребенок материнского крика, еще больше заплакал. Носит его женщина по чуму, на руках качает, а он не унимается. От жалости, от досады шлепнула женщина малыша. Ребенок совсем зашелся. Себя бы женщине винить, а она все на огонь сердится.

Ича жил вдвоем с бабушкой. На другой стороне реки жил Корсэ-старик, князь. Корсэ-старик был любопытный, жадный. Он часто посылал своих работников посмотреть, что люди его добыли: много ли ценных шкурок, много ли диких оленей добыли, не утаили ли что от князя своего.
Ича однажды позвал свою собаку, привязал ей на шею связку собольих шкурок и отпустил собаку на улицу.
Пришли Князевы работники к Иче. В чум вошли, сели, все оглядывают. Вдруг кто-то стал царапаться в дверь. Ича и говорит бабушке:
-Это, верно, собака моя вернулась, впусти ее! Обратился он к Князевым работникам и говорит:
-Собачку мою семь дней тому назад послал я на промысел в лес. Посмотрим, что она добыла!
Бабушка впустила собаку. Смотрят люди: что такое? На шее у собаки собольи шкурки. А Ича говорит:
- Вот, хорошая собака моя, хорошие шкурки принесла!